?

Log in

No account? Create an account

Вчера посмотрел два спектакля на документальном материале. Речь идет… - Diaries

Mar. 18th, 2011

11:36 am

Previous Entry Share Next Entry

Вчера посмотрел два спектакля на документальном материале. Речь идет о "Невском vs Ржевка", который сделали ребята из СПбГАТИ, и "Зажги мой огонь" в Театре.doc.
Ребята из Питера сделали мне кажется очень сложную вещь, практически воссоздали в сценических условиях обстоятельства, при которых прошло интервью. Скажу честно, что видел немного вербатимов, и как правило, это уже был итог определенного монтажа. В спектакле "Невский vs Ржевка" остался "голый" материал, остались вопросы. Персонажей, правда, вырвали из привычного им контекста, поместили в "условный" кабинет, в который они входят по-одному. Если я правильно понял, то, например, за интервью с милиционером они ходили в участок, а монолог "игрока" взяли случайно на улице. На сцене они находятся в стерильных условиях, будто бы заходят в условный кабинет, а механический голос задает им вопросы. Но сам факт наличия этих вопросов, живая реакция на них персонажей задает сценической ситуации нерв, дает конфликт. Одну бабушку спрашивали о смысле жизни три раза (произошла накладка), ее живые реакции на эти распросы дали изюминку, дали что-то неповторимое в ее характере.
На обсуждении говорилось о том, что вопросы были дурацкими. Да, они были самыми общими ("Чего вы боитесь?" "Чего вы хотите?" и т.д.). Но это первый опыт вербатима, и это первые вопросы. В этом было что-то от желания познакомиться с людьми, которые живут рядом.
Ребята спрашивали, получился ли спектакль. Он получился, безусловно, но не в аристотелевском смысле, т.е. в нем не сложилось истории (такая история могла бы быть историей самих интервьюеров, которые к чему-то приходят). Но получился живой материал, который хочется изучать, на основании которого можно двигаться дальше.
"Зажги мой огонь" спектакль другого порядка. Документальность там исчерпывается несколькими автобиографическими эссе, которые артисты зачитывают про себя. В них озвучиваются какие-то конфликтные моменты в их общении с окружающим миром. Именно эти моменты оказываются тем связующим звеном между ними и рок-н-роллом. В остальном спектакль это набор остроумных аллюзий на биографии Джима Мориссона, Джимми Хендрикса и Дженис Джоплин, перенесенных на почву постсоветской культуры. Это было действительно очень смешно. При этом отсутствие какого-то пиетета к иконам оченно смягчается самим качеством юмора, той самоиронией. Это прежде всего рассказ о неустроенных самих себе. На западе такие неустроенные, но талантливые люди легко становятся известны. Мне кажутся участники спектакля вполне достойными такой судьбы, а спектакль достойным большой многоместной площадке. Но они сидят в подвале, а в сценках-этюдах полно неустроенного постсоветского быта от милиционеров до кухонных перепалок.
Проблема спектакля лежит в той же плоскости, что и у питерцев. Несмотря на то, что "история" тут вроде бы есть, в концовке артисты кричат: "Очень трудно закончить спектакль". Конец истории предполагает развязку, которая предполагает завязку и кульминацию. Так вот история есть, а вот этих аристотелевских штук нет. В результатет имеем некоторую растерянность, размытость материала.
Если абстрактно подытожить.
Вербатим остается для русского театра экспериментом.
Т.е. он не стал боевым оружием чего-то там. Это новая, непривычная эстетика и опыты с ней не выходят за границы эстетических упражнений. Разговоры о вербатимных спектаклях становятся разговорами о форме. Я вот не помню какого-то качественного разговора о содержании, которое и должно определять форму собственно.
Обращусь к своему любимому Брехту, который никогда не заморачивался вопросами формы, рискну предположить именно потому, что для него был изначально решен вопрос содержания. Вот если делать пьесу о проклятых буржуинах, которые становятся фашистами, то абсолютно не важно, если в пьесе не будет достойной концовки. "Артуро Уи" и "Матушка Кураж", "Добрый человек из Сезуана" не имеют достойных концовок, там нет в традиционном смысле "развязки". Взвинтив интригу до предела Брехт обрывает повествование. Почему этого не делают ребята из Питера и из дока мне вобщем понятно, изначально исходить из антибуржуазного пафоса - противно, а придти даже к чему-то другому исходя из внутренней логики сюжета может не получится. Форма не всегда задает содержание. Она его обозначает. А вот потом должна пойти работа, в котором осмысленное содержание определит наконец четкую форму.
Пока что поле эксеримента с вербатимом - это поиск тем, проблем, поиск содержания. Но если честно, я немного видел спектаклей, в которой прошел бы обратный момент.

Comments:

[User Picture]
From:zenzinich
Date:March 18th, 2011 10:57 am (UTC)
(Link)
Вы не видели не одного спектакля проекта "Человек.doc"? Было бы очень интересно узнать ваше мнение.
(Reply) (Thread)
[User Picture]
From:m_u
Date:March 18th, 2011 12:35 pm (UTC)
(Link)
Вербатим остается для русского театра экспериментом.
Т.е. он не стал боевым оружием чего-то там.

Зато категоричность автора остается славянской детской формой выражения мыслей.
(Reply) (Thread)
[User Picture]
From:m_panin
Date:March 18th, 2011 06:04 pm (UTC)
(Link)
я готов оказаться неправым.
не уверен, что промолчать есть путь выйти (или вырасти) из этой самой детской формы.
(Reply) (Parent) (Thread)
[User Picture]
From:reka28
Date:March 19th, 2011 05:44 pm (UTC)
(Link)
Интересно, жаль что не видел спектакли, а вы знаете, видели плейбэк театр он построен на спонтанном проигрывании историй которые зрители рассказывают из зала, приходите.
(Reply) (Thread)
[User Picture]
From:_vz_
Date:March 23rd, 2011 09:38 am (UTC)
(Link)
детская славянская категоричность - неотъемлемое свойство новой драмы с момента ее возникновения, а также всей классической русской литературы
за это свойство ее читают и смотрят на Западе, конформистов у них своих хватает
(Reply) (Thread)